В СВЯЗИ СО СМЕРТЬЮ БАДРИ ПАТАРКАЦИШВИЛИ
Неожиданное известие о смерти Бадри Патаркацишвили естественным образом наводит на политические мысли.
Но сначала - несколько слов об этом человеке. Я неплохо знал его в то время, когда он жил и работал в Москве. Познакомил нас, естественно, Березовский. Я знаю то, что о Бадри говорили, но сам сталкивался с ним исключительно в позитивных ситуациях. В моей памяти он остался как в общем-то добрый и хороший человек, даже слишком мягкий для тех дел, которыми занимался. Впрочем, насколько может быть добрым и хорошим человек, работающий с большими деньгами, судить сложно. Но в данном случае я основываюсь только и исключительно на личных впечатлениях.
Кстати, тогда Бадри пытался как-то поддержать российско-грузинские отношения, в частности - хоть и с оговорками, но поддерживал Шеварднадзе, считая, что любой другой будет хуже и для России, и для Грузии.
Что касается смерти Патаркацишвили в контексте грузинской политики, то тут, по-моему, всё совершенно ясно. Для такой маленькой страны, для такой маленькой политики - что-то слишком много трупов в период президентства Саакашвили. Не может быть плодотворной вообще и для самой страны та политика, каждый поворот которой ознаменован странными смертями слишком многих известных людей. Это - диагноз. Возможно, приговор.
ТЕПЕРЬ СОВСЕМ О ДРУГОМ. Завтра собираюсь в своём блоге оперативно комментировать пресс-конференцию Владимира Путина.
Но сначала - несколько слов об этом человеке. Я неплохо знал его в то время, когда он жил и работал в Москве. Познакомил нас, естественно, Березовский. Я знаю то, что о Бадри говорили, но сам сталкивался с ним исключительно в позитивных ситуациях. В моей памяти он остался как в общем-то добрый и хороший человек, даже слишком мягкий для тех дел, которыми занимался. Впрочем, насколько может быть добрым и хорошим человек, работающий с большими деньгами, судить сложно. Но в данном случае я основываюсь только и исключительно на личных впечатлениях.
Кстати, тогда Бадри пытался как-то поддержать российско-грузинские отношения, в частности - хоть и с оговорками, но поддерживал Шеварднадзе, считая, что любой другой будет хуже и для России, и для Грузии.
Что касается смерти Патаркацишвили в контексте грузинской политики, то тут, по-моему, всё совершенно ясно. Для такой маленькой страны, для такой маленькой политики - что-то слишком много трупов в период президентства Саакашвили. Не может быть плодотворной вообще и для самой страны та политика, каждый поворот которой ознаменован странными смертями слишком многих известных людей. Это - диагноз. Возможно, приговор.
ТЕПЕРЬ СОВСЕМ О ДРУГОМ. Завтра собираюсь в своём блоге оперативно комментировать пресс-конференцию Владимира Путина.