Внешнеполитическая концепция Российской Федерации: талантливая пьеса для талантливых актеров
Моя статья под таким названием опубликована в ноябрьском номере журнала "Международная жизнь".
Ниже приводится начало этой статьи. Полный текст - см. ссылку внизу.
***
Каким быть доктринальному документу о внешнеполитической деятельности России, что в нем, безусловно, должно найти свое отражение, - размышляет на страницах журнала 'Международная жизнь' Виталий Третьяков - известный российский журналист, политолог, автор и ведущий телепрограммы 'Что делать? Философские беседы' на телеканале 'Культура', декан Высшей школы (факультета) телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова.
***
В принципе я всячески приветствую подготовку нового концептуального документа. Но концептуальные документы, по определению, должны касаться фундаментальных, стратегических направлений деятельности нашего государства. Потому что внешняя политика проводится в первую очередь государством. Хотя сейчас есть всякие другие инструменты - 'мягкая сила', 'народная дипломатия' и прочие вещи.
Но в чем в этом смысле проблема России? Может быть, не только России, но сейчас мы говорим о ней. Документы, имеющие статус концепций, плодятся со скоростью некоторых млекопитающих. Не может быть много концепций и доктрин и они не могут меняться часто. Концепция предполагает нечто стратегическое, не тактическое, не оперативное, а именно стратегическое, рассчитанное на многие годы, а желательно, как минимум на десятилетие-полтора. И еще: концепция (или доктрина) не может быть чем-то неясным или противоречивым. Текст и содержание ее должны быть таковы, чтобы ее могли внятно понимать и единообразно трактовать и специалисты, и не специалисты. А вот здесь у России много проблем не только во внешней политике, но и во многих других сферах.
Я многократно сталкивался с тем, что, думаю, и читатели, и авторы "Международной жизни", да и нашего МИД в целом, знают, да только в некоторых кругах об этом не принято говорить. Практически невозможно ясно и лапидарно представить себе и изложить другим доктринальные основы современной внешней политики России. Я знаю только двух человек, которые этом могут сделать: президент страны и министр иностранных дел. И понятно почему. Как два высших должностных лица, отвечающих за внешнюю политику России, причем постоянно взаимодействующих в этой сфере, в том числе и конфиденциально, они неизбежно опираются на доктринальные установки, существующие в их профессиональном, должностном сознании, опирающемся, в частности, на максимальный объем реальной, объективной информации из многих источников, в том числе и негласных. А всем остальным в публичных выступлениях приходится оперировать только официальными источниками информации и общими фразами и очевидными посылами.
Полный текст моей статьи здесь: http://nigru.ru/docs/8/3936.html
Ниже приводится начало этой статьи. Полный текст - см. ссылку внизу.
***
Каким быть доктринальному документу о внешнеполитической деятельности России, что в нем, безусловно, должно найти свое отражение, - размышляет на страницах журнала 'Международная жизнь' Виталий Третьяков - известный российский журналист, политолог, автор и ведущий телепрограммы 'Что делать? Философские беседы' на телеканале 'Культура', декан Высшей школы (факультета) телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова.
***
В принципе я всячески приветствую подготовку нового концептуального документа. Но концептуальные документы, по определению, должны касаться фундаментальных, стратегических направлений деятельности нашего государства. Потому что внешняя политика проводится в первую очередь государством. Хотя сейчас есть всякие другие инструменты - 'мягкая сила', 'народная дипломатия' и прочие вещи.
Но в чем в этом смысле проблема России? Может быть, не только России, но сейчас мы говорим о ней. Документы, имеющие статус концепций, плодятся со скоростью некоторых млекопитающих. Не может быть много концепций и доктрин и они не могут меняться часто. Концепция предполагает нечто стратегическое, не тактическое, не оперативное, а именно стратегическое, рассчитанное на многие годы, а желательно, как минимум на десятилетие-полтора. И еще: концепция (или доктрина) не может быть чем-то неясным или противоречивым. Текст и содержание ее должны быть таковы, чтобы ее могли внятно понимать и единообразно трактовать и специалисты, и не специалисты. А вот здесь у России много проблем не только во внешней политике, но и во многих других сферах.
Я многократно сталкивался с тем, что, думаю, и читатели, и авторы "Международной жизни", да и нашего МИД в целом, знают, да только в некоторых кругах об этом не принято говорить. Практически невозможно ясно и лапидарно представить себе и изложить другим доктринальные основы современной внешней политики России. Я знаю только двух человек, которые этом могут сделать: президент страны и министр иностранных дел. И понятно почему. Как два высших должностных лица, отвечающих за внешнюю политику России, причем постоянно взаимодействующих в этой сфере, в том числе и конфиденциально, они неизбежно опираются на доктринальные установки, существующие в их профессиональном, должностном сознании, опирающемся, в частности, на максимальный объем реальной, объективной информации из многих источников, в том числе и негласных. А всем остальным в публичных выступлениях приходится оперировать только официальными источниками информации и общими фразами и очевидными посылами.
Полный текст моей статьи здесь: http://nigru.ru/docs/8/3936.html