ТО, ЧТО Я ВЫНУЖДЕН СКАЗАТЬ ПО ПОВОДУ СЛОВ ПРОФЕССОРА ЗАСУРСКОГО (окончание)
А теперь то, что я вынужден сказать по поводу публичных заявлений профессора Засурского.
1.Уважаемый профессор Засурский! Я давно уже (с 1976 года) не Ваш студент. Нигде и ни разу публично я не позволял себе критиковать Вас лично и возглавлявшийся Вами факультет, хотя, как Вы понимаете, мне было и есть что и о Вас, и о журфаке сказать. Но журфак — моя альма матер, а Вы были его деканом — в том числе и в годы моей на журфаке учебы. Одно это не позволяло мне где-либо и когда-либо публично высказываться о Вас или о факультете журналистики пренебрежительно, если даже для этого возникал повод. Но своими публичными высказываниями Вы сняли это непреложное ранее для меня табу.
2.Я не собираюсь лишить Вас права как угодно оценивать лично меня, мою профессиональную деятельность и Высшую школу телевидения. Равно как и Ваше право представлять себя широкой публике в качестве отца, учителя и блюстителя невинности свободной отечественной журналистики и почти революционера, боровшегося за свободу печати в тяжелые советские времена. Я польщен тем, что Вы читаете все мои статьи, даже и об абортах. Причем настолько пристрастно, что еще не получив от журналистки вопроса обо мне, уже зачем-то приводите ссылку на соответствующую мою статью. Пока еще не называя автора, но с возмущением. Правда, я не считаю Вас большим, чем я, специалистом в области демографии, но и спорить с Вами в этом пункте не намерен. Я понимаю, что Вы не Вольтер, а потому, не разделяя мою точку зрения, возмущены тем, что я ее имею, а газета «Известия» статью с изложением этой точки зрения публикует.
3.Я вообще не собираюсь с Вами спорить ни о чём. Просто как одиозная для Вас фигура я позволю себе привести здесь некоторые ФАКТЫ, некоторую ПРАВДУ, которые касаются тем и имен, затронутых в той части Вашего интервью, которая затрагивает меня и ВШТ. До появления Вашего интервью сайту Полит.Ру я нигде и никогда публично об этом не говорил. Теперь — Вы вынудили.
4.Не помню уж на каком году обучения на факультете журналистики МГУ Вы вызвали меня в свой кабинет и, держа в руках машинописный студенческий журнал, главным редактором которого (под псевдонимом) был я, сказали: - Товарищ Третьяков! Вот вы являетесь главным редактором этого журнала. Скажите, а кто еще входит в редколлегию журнала и пишет в нем? Кто скрывается под всеми этими псевдонимами?
Я ответил, как Вы помните: - Ясен Николаевич! Раз Вам кто-то передал этот журнал и сообщил, что главный редактор я, значит, этот человек может сообщить Вам имена и других участников. А я этого делать не буду.
Вы, Ясен Николаевич, не отчислили меня тогда с факультета. Может, потому, что я был отличником. Может, потому, что журнал был чисто литературным и совсем не политическим. Может, потому, что не верили в то, чему учили студентов. Вы просто попросили меня больше не выпускать этот журнал.
Я понимаю, что Вы работали в условиях и условностях того времени. И претензий к Вам не имел и не имею. Но только хочу отметить, что не Вы были моим учителем в области свободы печати и независимой журналистики.
5.А вот факт, Вам, возможно, не известный. В начале 2007 года уполномоченные на то люди (в данном случае — не ректор МГУ) предложили мне сменить Вас на посту декана факультета журналистики МГУ. Я отказался по трём причинам, назвав их. Одна из этих причин: мне как-то неудобно служить пусть невольным, но «виновником» смещения с этого поста моего бывшего декана профессора Засурского. Теперь-то я понимаю, что в этом случае, как и во многих других, я был слишком щепетильным. Не стоило. Однако благодаря моему отказу Вы еще два года оставались деканом журфака.
6.Вы абсолютно неправильно и крайне лестно для себя трактуете причины создания Высшей школы (факультета) телевидения МГУ. Дело совсем не в подготовке «дикторов» и «дизайнеров» для ТВ. Но пока я не буду публично объяснять эти причины.
7.В качестве декана ВШТ меня утвердил летом 2007 года Ученый совет МГУ, членом которого Вы являлись. Почему же Вы не высказались против моей кандидатуры тогда? Ведь (по Вашей хронологии) я уже был для Вас одиозной фигурой. А времена уже были не сталинские и даже не брежневские. Могли бы и возразить — не пострадали бы.
8.Теперь профессиональный совет: если недалёкая журналистка называет ВШТ (факультет) МГУ «отделением телевидения», такому опытному и знающему человеку, к тому же «декану всех журналистов страны», как Вы, надо бы ее поправить. Дабы глупости не публиковались. Если недалёкая журналистка называет меня «политтехнологом», каковым я никогда не был, то и тут Вам бы следовало её поправить. Дабы неправда не публиковалась. Даже несмотря на то, что я имею отличные от Ваших взгляды на политику и демографию.
9.Уважаемый профессор Засурский! Я давно уже не Ваш студент и Вы не можете «попросить» меня что-то не выпускать или думать так, как Вы. Более того, с некоторых пор я (хотя Вам это и не нравится) декан Высшей школы телевидения МГУ, а Вы — президент факультета журналистики МГУ. То есть мы входим в корпорацию одного университета. Насколько я понимаю, в этика этой корпорации не позволяет, чтобы президент одного факультета МГУ публично характеризовал декана другого факультета МГУ как «одиозную фигуру». Если я ошибаюсь, пусть более опытные деканы и сам ректор меня поправят. И тогда, возможно, я поделюсь еще какими-либо воспоминаниями и оценками. Еще какой-то ПРАВДОЙ.
10.Уважаемый профессор Засурский! Мне очень жаль, что Вы вынудили меня обнародовать эти десять пунктов. Я предпочел бы сохранить и публичное, и искреннее к Вам уважение и почтение. Предпочёл бы... Да Вы не позволили.
1.Уважаемый профессор Засурский! Я давно уже (с 1976 года) не Ваш студент. Нигде и ни разу публично я не позволял себе критиковать Вас лично и возглавлявшийся Вами факультет, хотя, как Вы понимаете, мне было и есть что и о Вас, и о журфаке сказать. Но журфак — моя альма матер, а Вы были его деканом — в том числе и в годы моей на журфаке учебы. Одно это не позволяло мне где-либо и когда-либо публично высказываться о Вас или о факультете журналистики пренебрежительно, если даже для этого возникал повод. Но своими публичными высказываниями Вы сняли это непреложное ранее для меня табу.
2.Я не собираюсь лишить Вас права как угодно оценивать лично меня, мою профессиональную деятельность и Высшую школу телевидения. Равно как и Ваше право представлять себя широкой публике в качестве отца, учителя и блюстителя невинности свободной отечественной журналистики и почти революционера, боровшегося за свободу печати в тяжелые советские времена. Я польщен тем, что Вы читаете все мои статьи, даже и об абортах. Причем настолько пристрастно, что еще не получив от журналистки вопроса обо мне, уже зачем-то приводите ссылку на соответствующую мою статью. Пока еще не называя автора, но с возмущением. Правда, я не считаю Вас большим, чем я, специалистом в области демографии, но и спорить с Вами в этом пункте не намерен. Я понимаю, что Вы не Вольтер, а потому, не разделяя мою точку зрения, возмущены тем, что я ее имею, а газета «Известия» статью с изложением этой точки зрения публикует.
3.Я вообще не собираюсь с Вами спорить ни о чём. Просто как одиозная для Вас фигура я позволю себе привести здесь некоторые ФАКТЫ, некоторую ПРАВДУ, которые касаются тем и имен, затронутых в той части Вашего интервью, которая затрагивает меня и ВШТ. До появления Вашего интервью сайту Полит.Ру я нигде и никогда публично об этом не говорил. Теперь — Вы вынудили.
4.Не помню уж на каком году обучения на факультете журналистики МГУ Вы вызвали меня в свой кабинет и, держа в руках машинописный студенческий журнал, главным редактором которого (под псевдонимом) был я, сказали: - Товарищ Третьяков! Вот вы являетесь главным редактором этого журнала. Скажите, а кто еще входит в редколлегию журнала и пишет в нем? Кто скрывается под всеми этими псевдонимами?
Я ответил, как Вы помните: - Ясен Николаевич! Раз Вам кто-то передал этот журнал и сообщил, что главный редактор я, значит, этот человек может сообщить Вам имена и других участников. А я этого делать не буду.
Вы, Ясен Николаевич, не отчислили меня тогда с факультета. Может, потому, что я был отличником. Может, потому, что журнал был чисто литературным и совсем не политическим. Может, потому, что не верили в то, чему учили студентов. Вы просто попросили меня больше не выпускать этот журнал.
Я понимаю, что Вы работали в условиях и условностях того времени. И претензий к Вам не имел и не имею. Но только хочу отметить, что не Вы были моим учителем в области свободы печати и независимой журналистики.
5.А вот факт, Вам, возможно, не известный. В начале 2007 года уполномоченные на то люди (в данном случае — не ректор МГУ) предложили мне сменить Вас на посту декана факультета журналистики МГУ. Я отказался по трём причинам, назвав их. Одна из этих причин: мне как-то неудобно служить пусть невольным, но «виновником» смещения с этого поста моего бывшего декана профессора Засурского. Теперь-то я понимаю, что в этом случае, как и во многих других, я был слишком щепетильным. Не стоило. Однако благодаря моему отказу Вы еще два года оставались деканом журфака.
6.Вы абсолютно неправильно и крайне лестно для себя трактуете причины создания Высшей школы (факультета) телевидения МГУ. Дело совсем не в подготовке «дикторов» и «дизайнеров» для ТВ. Но пока я не буду публично объяснять эти причины.
7.В качестве декана ВШТ меня утвердил летом 2007 года Ученый совет МГУ, членом которого Вы являлись. Почему же Вы не высказались против моей кандидатуры тогда? Ведь (по Вашей хронологии) я уже был для Вас одиозной фигурой. А времена уже были не сталинские и даже не брежневские. Могли бы и возразить — не пострадали бы.
8.Теперь профессиональный совет: если недалёкая журналистка называет ВШТ (факультет) МГУ «отделением телевидения», такому опытному и знающему человеку, к тому же «декану всех журналистов страны», как Вы, надо бы ее поправить. Дабы глупости не публиковались. Если недалёкая журналистка называет меня «политтехнологом», каковым я никогда не был, то и тут Вам бы следовало её поправить. Дабы неправда не публиковалась. Даже несмотря на то, что я имею отличные от Ваших взгляды на политику и демографию.
9.Уважаемый профессор Засурский! Я давно уже не Ваш студент и Вы не можете «попросить» меня что-то не выпускать или думать так, как Вы. Более того, с некоторых пор я (хотя Вам это и не нравится) декан Высшей школы телевидения МГУ, а Вы — президент факультета журналистики МГУ. То есть мы входим в корпорацию одного университета. Насколько я понимаю, в этика этой корпорации не позволяет, чтобы президент одного факультета МГУ публично характеризовал декана другого факультета МГУ как «одиозную фигуру». Если я ошибаюсь, пусть более опытные деканы и сам ректор меня поправят. И тогда, возможно, я поделюсь еще какими-либо воспоминаниями и оценками. Еще какой-то ПРАВДОЙ.
10.Уважаемый профессор Засурский! Мне очень жаль, что Вы вынудили меня обнародовать эти десять пунктов. Я предпочел бы сохранить и публичное, и искреннее к Вам уважение и почтение. Предпочёл бы... Да Вы не позволили.