March 6th, 2011

Светлый

ТЕХНОЛОГИЯ ЛЖИ В СМИ. Наставление немецкому газетчику... (ЧАСТЬ 1)

...от беспартийного русского журналиста и декана Высшей школы телевидения МГУ

В связи с казусом, описанным в предыдущем посте, позволю себе привести
здесь для не слишком хорошо профессионально подготовленных или не слишком честных журналистов следующие выдержки из своего учебника журналистики («Как стать знаменитым журналистом. Курс лекций по теории и практике современной русской журналистики», Виталий Третьяков, издания 2004 и 2010 гг.).
Для остальных это может оказаться занимательным чтением в выходной день, тем более, что в это воскресенье моя программа «Что делать?» в эфир не выходит (из-за праздников).


ИЗ ЛЕКЦИИ «ПРАВДА, ЛОЖЬ, ОБМАН И УМОЛЧАНИЕ В ЖУРНАЛИСТИКЕ» (часть 1)


Итак, ложь и обман. Вообще-то это довольно близкие по-
нятия, а в определенном контексте прямо синонимичные, но я
предлагаю не вдаваться в лингвистические тонкости. Будем счи-
тать (для удобства), что ложь — это просто неправда, о чем мо-
жет и не знать или не подозревать тот, кто эту ложь оглашает.
А вот обман — это информация, сообщение, не только осозна-
ваемое как ложь теми, кто его сочиняет или распространяет, —
но и целенаправленно в этом качестве используемое.
Если таким образом отделить ложь от обмана, то можно ут-
верждать, что ложью СМИ просто переполнены, а обман встре-
чается гораздо реже, что несколько облагораживает работу
журналистов.
Начнем со лжи.
Прежде всего отделим ложь, сочиненную самим журнали-
стом, ото лжи, которую он может использовать в своих текстах
не по своей вине.
Источник информации, кажущийся надежным и авторитет-
ным, может оснастить журналиста лживой информацией.
Однако в реальной жизни, в условиях жесткой конкурен-
ции и цейтнота, в которых приходится принимать решение, осо-
бенно если полученная информация очень важна, но не взры-
воопасна для общества, а ее гипотетическая лживость не гро-
зит слишком серьезными, в случае публикации, последствиями
для репутации СМИ (правда, репутация бульварных СМИ состо-
ит как раз в их скандальности) или правовыми последствиями,
б‹льшая часть этих правил или все они не соблюдаются.
Журналист, если даже он сам абсолютно объективен и чес-
тен, в лучшем случае полагается на свой опыт, на свою интуи-
цию, на правдоподобность полученной информации. Короче,
он действует по известному правилу: если это выглядит, как
рыба, пахнет, как рыба, да еще получено от продавца рыбы, то
конечно же это рыба.
Разумеется, всегда — в случае необходимости — найдутся
специалисты, которые сумеют, зная эту формулу, всучить жур-
налисту под видом рыбы дохлую кошку, но прямой вины жур-
налиста здесь усмотреть нельзя.
А теперь перейдем к той информации, которую журналист
добывает сам, и рассмотрим его ответственность в чистом виде.
И перечислим случаи, когда он может поместить в свой текст
ложь (неправду, неполную правду и т. п.) — незлонамеренно:
• журналиста ввел в заблуждение авторитетный источник
информации;
• ошибка или добросовестное заблуждение самого журна-
листа;
• досочинение недостающих для полноты картины фактов
на основе предшествующего опыта, здравого смысла, разного
рода аналогий;
• игра слов, особенно в заголовках, которая, если взять за-
головок отдельно от текста, либо искажает картину произошед-
шего, либо вообще создает впечатление о том, что произошло
совсем иное событие;
• использование архивных фотографий или видеокадров
без указания их происхождения как иллюстраций к свежим со-
бытиям; это уже можно было бы отнести к сознательному обма-
ну, но в данном случае я имею в виду такое иллюстрирование,
которое в принципе стыкуется с сутью и формой произошед-
шего, то есть в общем-то не наносит ущерба пониманию того,
что произошло;
• выдача некомпетентных или случайных мнений и свиде-
тельств за компетентные и закономерные путем завышения ста-
туса ォэкспертаサ или ォсвидетеляサ, а чаще — путем неупомина-
ния этого статуса;
• дезавуирование истинности сообщения путем справедли-
вой, но негативной характеристики его источника; то же, но в об-
ратную сторону: нивелировка сомнительности информации ссыл-
кой на справедливо позитивную характеристику источника;
• добросовестная пропаганда, то есть исключительно идей-
ное, неосознанное, но тенденциозное преподнесение фактов или
оценок, вызванное не желанием исказить правду, а субъективной
верой в истинность собственной интерпретации фактов;
• преднамеренная фальсификация фактической или содер-
жательной стороны события, раскрываемая самим автором тек-
ста в его последних строках, — чаще всего используется как ли-
тературный, публицистический или пропагандистский прием;
• умолчание о каких-либо важных элементах события, связан-
ное либо с цензурными ограничениями, либо с нежеланием кон-
кретного журналиста или СМИ упоминать факты, как правило, по-
зитивно характеризующие какое-либо лицо или структуру.
В общем-то последнее по списку — это тоже обман, но его
я отношу к более ォмягкойサ категории ォложьサ по той причине,
что инициатор такого умолчания в принципе не стремится об-
мануть аудиторию. Он лишь выбрасывает не удовлетворяющий
его факт как несущественный.
Можно выделять и иные категории непреднамеренной лжи
в журналистских текстах (вплоть до опечаток, случайным обра-
зом искажающих содержание описываемых событий), но все это
будет той или иной разновидностью уже перечисленного.
(Продолжение ниже)