?

Log in

No account? Create an account
 
 
Виталий Третьяков
Вчера в «Известиях» была опубликована моя статья — одна из тех, что я считаю принципиальными. Исток ее, кстати, в одном недавнем коротком посте в моем ЖЖ.
Естественно, выношу ее на благожелательно-злобный суд читателей «Политдневника».



МОЙ ОТВЕТ НА ВОПРОС МЕДВЕДЕВА




Президент Дмитрий Медведев пригласил всех принять участие в поиске выхода из интеллектуального тупика, в котором оказался наш политический класс: что делать, дабы найти наконец решение до сих пор не решенной задачи «модернизации России»?
Большинство говорящих о модернизации априори понимают ее как вестернизацию, то есть подведение России под общий знаменатель некоего идеального западноевропейского государства, что само по себе антинаучно и контрпродуктивно.
Антинаучно — ибо нет в Европе страны, сравнимой с Россией по сколь-либо значимому числу параметров. Контрпродуктивно — ибо достичь недостижимого нельзя в принципе, но вред от погони за ложными целями очевиден и многообразен. Бессмысленная трата финансов (и производное от этой бессмысленности воровство) — еще не самая существенная часть этого вреда.
Поэтому рискну — хоть и без особой надежды на полное, а тем более общее (и уж очевидно не от власти) понимание, предложить собственный взгляд на то, как и НУЖНО, и МОЖНО (ибо иное не удастся) «модернизировать Россию». Из-за обширности темы предложения мои будут сформулированы в тезисно-афористическом виде.
Прежде всего нужно понять, что модернизировать нужно не Россию, а политику власти, ибо Россия есть константа нашей истории и политики, изменить которую невозможно и не нужно.
Россия есть самостоятельная и самодостаточная часть евроатлантической (христианской) цивилизации.
Россия есть альтернативный Запад — и в этом смысле она представляет наибольшую ценность как для мировой цивилизации вообще, так и для самого Запада в частности.
Никто и никогда не сделает из России страну адвокатов (по американскому образцу) или страну с западноевропейским (образца 70-80-х годов ХХ века) типом и уровнем потребления и общественного конформизма.
Нужно решительно отказаться от идеологии и политической и экономической практики догоняющего (Запад) развития для России.
Россия развивается в истории эволюционными скачками, иногда совпадающими с социальными и политическими революциями.
Сегодня Россия нуждается в таком эволюционном скачке, который не нужно путать с политической революцией как государственным переворотом и с социальной революцией как общественным бунтом и анархией.
Однако без такого эволюционного скачка (революции в высшем смысле) дело может дойти и до революции политической, бунта или распада страны.
К настоящему моменту Россия исчерпала весь набор заимствования западных моделей развития, ни одна из которых так и не позволила России «догнать Запад», но зато всякий раз и максимально истощала ресурсы страны.
Следовательно, Россия нуждается вообще и в интересах своей «модернизации» конкретно в новой идеологии собственного развития и всего мира.
Цивилизационное своеобразие России выражается в частности в том, что у нас существует своя собственная русская политическая система, и своя собственная организация власти — русская власть.
Ни то, ни другое не описывается заимствованными у Запада политическими доктринами, а потому и не отражено в ныне действующей Конституции, представляющей собой «политическую инструкцию» по управлению какой угодно иной страной, но только не Россией. Вот почему отечественная конституционная теория все больше и больше расходится с реальной политической практикой. России нужна новая конституция.
Одной из особенностей русской политической системы является то, что государство — несмотря на все свои прегрешения перед обществом — представляет для граждан России самостоятельную, а временами даже и самодовлеющую ценность.
Другой такой ценностью (вообще-то их список шире) является стремящаяся к абсолюту суверенность, то есть внешнеполитическая независимость и внутриполитическая самодержавность (не путать с банальным монархизмом).
Что нужно радикально модернизировать в России — так это ее правящий класс, каковым до сих пор была и остается бюрократия — единственный властно-владетельный слой населения России. Предполагаю, что России вообще нужен новый правящий класс.
Нынешняя многопартийная система России является квазимногопартийной, а сами партии — квазипартиями. И превратить и то, и другое в нечто оптимальное по западному образцу никогда не удастся.
Русская политическая система сначала должна быть честно описана (что нетрудно, ибо именно с ее помощью и происходит реальное управление страной), а затем честно прописана в новой конституции. Институты этой системы должны быть легализованы в этом документе и созданы как политическая реальность.
Русская политическая система не отрицает демократию как таковую, но, конечно, не абсолютизирует, а следовательно - и не профанирует ее. Разве что в ее идеально-западническом, нигде не существующем варианте.
Скорее всего, русская политическая система сословна. И таким же должна быть, как минимум, одна палата нашего парламента. Конечно, это современная, а не средневековая сословность.
Русская Православная Церковь остается одним из важнейших государствообразующих институтов России как страны и нации. Осознать это особенно важно, ибо современный западный секуляризм (точнее — неоязычество) сам по себе стремительно подтачивает фундамент евроатлантической цивилизации.
Только Русская Православная Церковь (и еще классическое русское искусство) являются сегодня хранителями моральных кодов России как цивилизации.
В дополнение к нынешнему «тактическому» правительству в России должно быть создано правительство стратегическое.
Судя по всему, существует и русская экономическая модель, вполне позволяющая — если не подменять ее постоянными заимствованиями — обеспечить и техническую (технологическую) модернизацию, и достаточный (но не гедонистический) уровень потребления для большинства населения.
В основу экономической политики государства должна быть положена демографическая политика — как единственно возможная на сегодняшний день стратегия выживания нации.
Справедливое (в интересах всех жителей) использование колоссальных природных ресурсов страны - это второй столп новой экономической политики России. Обеспечение чьей-либо энергетической (или любой иной) безопасности, кроме как нашей собственной (и наших искренних союзников), не является обязанностью России.
Новая образовательная и научная политика, решительно отметающая все бессистемные, бессмысленные и дискредитировавшие себя и на самом Западе иностранные заимствования, должна быть разработана так же стремительно, как и новая экономическая политика.
Выход из спирали бездумного потребительства невозможен без решительного отказа от доминирования массовой культуры, уничтожающей высокое искусство. Следовательно, нужна и новая, начиная с языковой, культурная политика (отнюдь не отрицающая поисков нового — но прекрасного нового).
Отказ от догматики догоняющего развития (и стереотипа «вечно отсталой в сравнении с Западом России») позволит перейти к более серьезной метафизической революции — отказу от исчерпавших себя теории и догматики бесконечного прогресса. Это будет означать революционный по своей значимости для выживания России (и всего мира) переход к практике разумного консерватизма, в которой сбережение, имеющее цель, важнее развития, цели не имеющего или непредсказуемого.