October 29th, 2009

Карта

Страна-поджигатель

О вчерашних терактах в Пакистане и Афганистане.
Ну что, теперь окончательно ясно, что американцы сознательно либо по глупости подожгли значительную часть Востока. Свергли Саддама и разворошили весь Ирак, обливающийся теперь такой кровью, что режим Саддама уже ангелом может показаться. Вынудили уйти в отставку Мушараффа, бросили на верное заклание Беназир Бхутто — теперь и в Пакистане почти каждый день теракты. Разумеется, Афганистан с его свободными демократическими выборами, где рано или поздно победят американцами взращенные против России-СССР талибы. И еще Иран в этом году чуть не подожгли — да и бомбить всерьез собирались и до сих пор собираются.
То есть поджечь четыре гигантских исламских государства вдали от своих границ, но вблизи Европы, России и Китая.
При этом не имея опыта собственно военных побед где-либо за пределами своих границ, в Азии особенно. Разве что Сербию в 1999 году победили — бомбометанием из-за бугра безопасности. Вьетнамцы вообще США высекли.
Поджечь все вдали от себя — вот и вся их стратегия и тактика одновременно. Заварить кашу самим, но втянуть в нее других. Союзников — замазать кровью. Соперников объявить изгоями. Ну и оружие продавать фактически всем, кроме тех, кто на данный момент считается потенциальным военным противником. Дважды прибыльный бизнес — и деньги, и военная напряженность всюду.
И главное — все подальше от своих границ.
Если кто-то будет доказывать, что Обама, нобелевский голубь мира, способен изменить ОСНОВНОЙ ИНСТИНКТ США, поверить в это невозможно. Ибо против — всё. За — только наивная вера в неизвестно откуда и зачем взявшегося Обаму.
Опасная для всего мира страна...
Красный галстук

К юбилею Евгения Примакова

Евгений Примаков – единственный на сегодня человек, занимавший крупный пост до перестройки – и при Михаиле Горбачеве, потом при Борисе Ельцине, потом при Владимире Путине, и сейчас возглавляет Торгово-промышленную палату. Он работал, лично общался, выполнял поручения и получал назначения фактически от всех руководителей нашей страны в течение как минимум последних 30 лет. Притом что это были руководители, которые проводили часто прямо противоположную политику, не любили друг друга (как Горбачев и Ельцин) и вообще были людьми довольно разных политических пристрастий и человеческих качеств. Другого такого человека нет, причем приписать этот феномен карьеристским замашкам или умению аппаратного выживания нельзя. Хотя, безусловно, Примаков – большой знаток аппаратной жизни и всех правил аппаратной игры. Во-первых, эти качества у Евгения Примакова не доминируют. А во-вторых, карьеристов и прирожденных аппаратчиков много, но никто из них не смог при пяти-шести главах государств за последние 30 лет занимать виднейшие посты, всякий раз не навязывая себя Кремлю, а скорее наоборот – всякий раз Кремль просил Примакова занять тот или иной пост. Иногда это было в совершенно явной очевидной форме, как, например, после известного дефолта 1998 года, когда Примаков был назначен премьер-министром. Причем назначен Ельциным, который, мягко говоря, придерживался явно не совпадающих с Примаковым политических и особенно экономических воззрений.

Евгений Примаков, меняя работу, но всегда действуя в политическом поле, собрал в себе уникальный и бесценный опыт таких различных профессий как журналист, дипломат, разведчик, ученый, политик. Причем разведчик – не нелегал, не «молчун», как большинство разведчиков, а привыкший работать в публичном поле, умеющий публично общаться, выступать, говорить, писать – и не только аналитические записки. Ученый – фактически единственный действительный член Академии наук, который реально пришел в большую политику, а не получил академическое звание за участие в политике. Трудно назвать человека в нашей стране, который бы сочетал в себе все эти профессиональные качества. На каждом из этих поприщ Примаков весьма и весьма преуспевал.

За всем эти стоят прежде всего гигантские знания. Еще в советские времена как журналист и как ученый Примаков стал блестящим специалистом по Востоку, в частности по Ближнему, арабскому Востоку. Причем специалистом не кабинетным, а тем, который лично знал всех крупнейших деятелей арабского мира, многократно с ними встречался и получал свои знания об этой части человеческой цивилизации не только из учебников, а из непосредственного общения. Таких специалистов по Ближнему Востоку во всем мире найдется два-три.

Люди по-разному относятся к экономическим воззрениям Примакова, но нужно признать, что у него есть собственный стройный взгляд на решение тех или иных экономических вопросов. И когда он стал премьер-министром, при наличии огромного числа советников ему не нужно было под их влиянием формировать собственную экономическую концепцию.

Он один из лучших в России знатоков международных отношений, опять же – мирового уровня. Знаток практической политики во внутреннем и международном ее аспектах.

Есть большое число людей, которые много знают. Еще больше людей многое видели. Есть люди, которые сочетают в себе большие знания с большим объемом увиденного. Но из мешанины информации, которую получают такие люди, мало кто приходит к оригинальному анализу того, что он видел и знает. Тут нужны определенные внутренние качества.

В случае Примакова не побоюсь определить это качество как мудрость. Примаков в последние годы не очень часто дает интервью, много пишет книг и статей по темам, которые довольно банальны сами по себе, поскольку наиболее актуальны – проблемы современной международной, иногда внутренней жизни. В любом, даже самом коротком выступлении Примакова – публичном, печатном или устном – всегда найдется как минимум одна-две мысли, которые отличают его текст от текстов любых других авторов, выступивших по этой же теме. Это удивительное свойство, потому что большинство текстов состоят из банальностей. Предложить хотя бы одну оригинальную мысль, один оригинальный подход, одно неожиданное решение, не важно, нравится оно или не нравится, – это тоже уникальное качество. Примаков – один из немногих самых известных людей в стране, который им обладает. Ему присущи мудрость и при этом легкость публичной и письменной подачи того, что он знает.

В середине 90-х годов у нас появилось выражение «политический тяжеловес». Примаков обладал качествами политического тяжеловеса еще до того, как этот термин появился в нашем лексиконе. Фактически он его приобрел в период горбачевской перестройки. И в этом качестве пришел в политически новую Россию. Не случайно в кризисных ситуациях, нравится он кому-то или не нравится, именно его выдергивали люди из Кремля и предлагали поставить на тот или иной пост.

У нас не принято да и побаиваются спорить с главным начальником – президентом. Весной 1999 года сложилась ситуация, когда Примаков, занимавший пост премьер-министра, по телевидению публично фактически оспорил мнение тогдашнего президента России Ельцина о себе, о своей работе. И публично, но не впрямую заявил о своей готовности уйти в отставку, если его работа не нравится. Я не припомню такого рода слов и поступков от наших глав правительств. Примаков готов делать и делает смелые, рискованные шаги и произносит соответствующие слова. Несмотря на то, что как у всякого знатока аппаратной жизни, осторожность в нем присутствует.

Немногие могут похвастаться тем, что сделали нечто, вызвавшее отклик всемирного или общенационального масштаба. К числу таких поступков Примакова относится знаменитый разворот над Атлантикой, когда он летел в США и узнал, что сейчас начнутся бомбардировки Югославии.

Этот человек умеет вызвать доверие к себе, что очень важно для дипломата. Согласен ты с ним или не согласен, редко кто рискует сказать или подумать, что Примаков говорит какую-то глупость. Вся его профессиональная история во всех ипостасях вызывает нечто от пиетета до поклонения. Особенно среди его друзей и подчиненных, которых он, как известно, опекает всегда и, как правило, не бросает, а наоборот, помогает им, иногда тоже неожиданными шагами.

Российские разведчики, насколько я знаю, благодарны Примакову за то, что он спас Службу внешней разведки если не от полного уничтожения, то от минимизации ее значения до уровня разведслужбы заурядной европейской страны. Причем он придал этой службе публичное звучание. Разведка выпускала очень интересные доклады, оказывала влияние на политический курс России ельцинского периода. Не думаю, что кто-то назовет хотя бы имена двух-трех человек, которым целая профессиональная когорта благодарна за то, что ее спасли. Причем это очень сплоченная и очень специфическая когорта, не частная лавочка, а служба, работающая на национальную безопасность и на всю страну в целом.

В 1999 году Примаков совершил одну яркую политическую ошибку, соединив свое имя с блоком «Отечество – Вся Россия», выступавшим против тогдашнего «Единства» – блока, который в конечном итоге был на стороне Путина. Но даже сейчас, в своем солидном возрасте он – один из немногих людей в нашей стране, которые могут в любой момент выставить себя кандидатом на пост президента России и гарантированно, без особой предвыборной кампании получить 20–30% голосов избирателей и быть как минимум вторым в первом туре выборов. В России нет другого такого человека, кроме Путина, Медведева и Зюганова, который бы, не возглавляя ни правительство, ни государство, ни политическую партию, смог бы добиться таких результатов. Это о многом говорит.

Как бы ни относиться к Примакову, это, безусловно, персональное явление российской политики и общественной жизни. Людей такого международного веса у нас немного. Причем веса, приобретенного до того, как он занимал крупнейшие политические посты. Обычно политический вес, особенно в нашей стране, приобретается после того, как ты стал министром иностранных дел, премьер-министром или президентом. А до того тебя мало кто знает за пределами государства. У Примакова сначала были узнавание, возникновение и рост авторитета за рубежом, а потом уже последовали высокие посты.