July 9th, 2008

Спокойствие

КОМУ НУЖЕН "КРЕСТОВЫЙ ПОХОД" РПЦ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО КОММУНИЗМА?

На прошлой неделе в «Известиях» вышла моя статья о проблеме взаимоотношений Церкви и государства (кстати, к этой уже хрестоматийной связке я бы ещё добавил и третью составляющую — общество). Очень многим, в том числе и некоторым моим знакомым, эта статья показалась чересчур клерикальной, о чём мне пришлось выслушать немало упрёков. Я лично считал и считаю изложенные в «известинской» публикации взгляды не клерикальными, а основанными на элементарном здравом смысле и повторяться на сей счёт более не буду (желающих вновь отсылаю кликнуть на гиперссылку и лично ознакомиться с тем, что было мною написано).
Но сегодня произошло одно событие, которое вынудило меня вновь обратиться к тем же самым сюжетам. В новостных сообщениях прошла информация о том, что представитель Московского патриархата — а именно исполняющий обязанности секретаря по взаимоотношениям Церкви и общества священник Георгий Рябых — призвал власть осудить коммунизм (данные слова были переданы даже в ещё более характерной форме: продолжить и довершить начатое, но не законченное в 90-е годы дело осуждения коммунизма). На практике же это должно вылиться в освобождение общественных мест от коммунистической символики.
Я даже не хочу вступать в спор с названным священником по существу: уж мною-то было сказано и написано на данную тему предостаточно. Однако и оставить без внимания слова представителя патриархата тоже не считаю возможным — хотя бы уже потому, что прекрасно понимаю: люди подобных должностей просто так никогда не станут говорить «отсебятину».
У Церкви как института и своеобразной, достаточно закрытой корпорации нет и не может быть какого-либо иного отношения к советской власти, кроме критического. Вместе с тем я утверждаю и то, что тот реальный (несмотря на то, что общество в своём подавляющем большинстве продолжает оставаться невоцерковлённым) авторитет, который Церкви удалось обрести за постсоветскую эпоху, — это во многом результат той достаточно взвешенной позиции, которую она заняла во всполохах вялотекущей гражданской войны, охватившей наше общество после падения коммунизма и распада СССР. И самое бессмысленное, что она могла бы сейчас совершить (бессмысленное в первую очередь для себя самой!), так это реанимировать «охоту на ведьм» эпохи раннего Ельцина. И тот факт, что в храме пересекаются люди, которые в жизни позиционируют себя как непримиримые оппоненты, — это ли не те самые таланты, которые согласно евангельской притче надлежит пускать в оборот, но никак не закапывать. И уж тем более не выбрасывать за ненадобностью.
Но кому же это тогда нужно? И почему сегодня, когда казалось бы антикоммунистическая «охота на ведьм» вроде бы осталась в прошлом, именно из Церкви — и причём не от обычного приходского протоиерея, а от должностного лица патриархата — прозвучал призыв довершить начатое в 90-е годы?