October 22nd, 2007

желтый пиджак

Избирательная реформа по Гавриилу Попову, или Мечты «совести», уставшей от нации

За что я всегда любил Гавриила Попова, так это за свойственную ему прямоту суждений. Другие - не то из-за малодушия, не то из-за свято соблюдаемых принципов политкорректности - все больше топчутся вокруг да около, не решаясь высказаться без экивоков. А вот Гавриил Попов не мнется, не стесняется, а прямо рубит сплеча то, что думает.

Вот, к примеру, в минувшую субботу на учредительном съезде Союза социал-демократов все его участники лишь сетовали на сворачивание демократии. (Не знаю, правда, произносились ли при этом анафемы в адрес главного ее сворачивателя, зажимателя, душителя и гонителя Путина, - я на этом съезде не был и пишу этот «Политдневник» исключительно по материалам СМИ.) И так бы, верно, все и кончилось одними только жалобами да стенаниями, если бы не Гавриил Харитонович, который откровенно заявил то, о чем - я уверен - тайно вожделеют многие наши демократы, но не решаются провозгласить эту свою мечту лозунгом для практической деятельности. Первый московский мэр просто сказал, что проведению дальнейшего курса реформ мешает электоральный принцип «один человек - один голос», то есть прямые выборы как таковые, из-за которых в парламенте никак не может сформироваться интеллигентское большинство. И поэтому было бы неплохо вернуться к опыту царских дум с их куриальной системой, определявшей квоты для каждого сословия. Вот тогда-то интеллигенция и смогла бы, наконец, взять свой исторический реванш.

Я уже изрядно высказывался - и письменно, и устно - по поводу наших претендентов на наименование «совести нации». Повторяться не стану, замечу только, что эта самая «совесть» на протяжении всего времени своего существования (а время немалое - если отсчитывать ее появление от Петра Великого) предпочитала обделывать свои дела все-таки под возгласы о радении за благо нации. Маска «совести» как-никак требовала определенной роли, в исполнении которой изрядно поднаторела интеллигенция как начала, так и конца минувшего века. При всем своем презрительно-брезгливом отношении к «быдлу» «совесть» была вынуждена скрывать собственное неудовлетворенное тщеславие, Геростратов комплекс маленького человечка с наполеоновскими амбициями за скорбной готовностью «взвалить» на себя «крест» духовного водительства народа.

Поэтому субботние откровения Гавриила Попова - это не просто забавный казус в интеллигентском террариуме, а фактически знаковое событие, свидетельствующее о наступлении нового этапа в истории нашей «совести» - «совести», уставшей от недостойной ее нации.