September 5th, 2007

Правительство не сделало «ни шиша». Что дальше?

Резкая критика правительства Владимиром Путиным, с которой он выступил во время своей поездки на Камчатку , может иметь существенные последствия. Хотя, конечно, насколько я себе представляю путинскую стилистику, даже самые жесткие его оценки, высказываемые в адрес конкретных лиц, не всегда заканчиваются соответствующими кадровыми решениями. Или, по крайней мере, далеко не сразу влекут за собой какие-то оргвыводы. Между тем есть основания рассматривать вчерашнюю риторику президента как подготовительные действия к серьезным шагам.

Во-первых, сразу же бросается в глаза тональность путинских слов. Опять-таки по опыту знаю: когда лексика президента буквально балансирует на грани нормативности (вчера правительству было указано, что оно не сделало «ни шиша»), то это свидетельствует о крайней степени его недовольства. Для сравнения приведу прошлогодний пример с руководителем Карелии Катанандовым, до которого Путин никак не мог дозвониться. Казалось бы, ситуация сама по себе неординарная, да и повод острый – кондопожские события. Все, вроде бы, свидетельствовало о неминуемой отставке Катанандова. Но Путин тогда говорил о своих недозвонах совершенно спокойно и даже с иронией. В итоге Катанандов до сих пор руководит Карелией. А вот вчерашнее «ни шиша» – это уже из разряда чего-то экстраординарного.

Во-вторых, обращает на себя внимание и обстановка, в которой прозвучало это самое «ни шиша». Путин сделал свои заявления на Камчатке, то есть на восточной окраине страны, возможность утраты которой сегодня обсуждается достаточно широко и регулярно. Отсюда следует, что и сама поездка президента в данный регион, и то, что он скажет во время этой поездки, имеет особый знаковый смысл и должно рассматриваться как произнесенное, что называется, с дальним прицелом.

В-третьих, очевидна демонстративная и, я полагаю, преднамеренная диспропорция в мероприятиях, включенных в повестку дня визита. Встречи с военными и обсуждение проблем, имеющих отношение сугубо к Вооруженным силам, явно заняли гораздо больше времени и внимания президента, нежели все остальные мероприятия. И конечно же, нельзя не отметить демонстративное противопоставление военных, которые выполинили поручения Путина, данные им в 2004 году, правительству, которое не сделало «ни шиша». Здесь прозрачно угадывается конкретная персона, благодаря которой военные отличились в лучшую сторону. Персона, часто называемая в качестве возможного преемника нынешнего премьера.

Наконец, в-четвертых. Поминание в связке с Касьяновым Грефа также вряд ли является всего лишь случайной оговоркой.

Все четыре аргумента свидетельствуют в пользу того, что начало политической осени 2007 года может быть ознаменовано не только стартом думской кампании, но и более значимыми событиями.