February 9th, 2007

Политическое дзюдо, или Дежавю «Справедливой России»

"МН": Политическое дзюдо, или Дежавю «Справедливой России»


Помнится, сразу после образования «Справедливой России» я в «Политдневнике» задался вопросом: понимают ли руководящие фигуры этой партии, что теперь они – эсеры, а также случайным или же преднамеренным получилось это аббревиатурное совпадение.

Ответов на поставленные вопросы у меня пока нет. Но сегодняшние высказывания Сергея Миронова перед партактивом Тюменской области невольно наталкивают на мысль, что если даже первоначально нынешние эсеры оказались тезками тех эсеров совершенно случайно, то теперь некая мистическая сила имени толкает «Справедливую Россию» в русло, уже некогда проторенное русскими социалистами-революционерами.

А заключил я это из призыва Миронова к своим товарищам по партии использовать в политической деятельности элементы борьбы дзюдо. Все вроде бы пристойно, даже Путина здесь помянул лидер «Справедливой России» (ну, это как положено – где дзюдо, там непременно и Путин). Конкретно же Миронов предложил взять на вооружение дзюдоистский прием, основанный на обращении «силы противника по инерции в свою пользу», – чтобы проклятый административный ресурс «бил по тем, кто его использует». Иначе говоря, обращать против власти – а у кого еще-то в нашей стране есть административный ресурс? – ее же силы.

Собственно, точно таким же образом действовали эсеры (а также другие радикалы – как революционной, так и либеральной масти) сто лет назад. Им и делать-то ничего особо не надо было: бестолковая власть своими неуклюжими действиями и так дискредитировала себя на каждом шагу – и от ее «доброжелателей» требовалось лишь чисто по-дзюдоистски срабатывать на инерции этих хаотичных телодвижений. Февраль 1917-го оказался своеобразной точкой кумуляции этих многочисленных инерционных дерганий, которым «заботливо» была предоставлена возможность быть доведенными до конца.

То есть политическое дзюдо, о котором сегодня говорил Миронов, – это все тот же откровенно циничный принцип «чем хуже – тем лучше». Я вовсе не хочу здесь в чем-то обвинять Миронова – говорю лишь о сказанном им, безо всякой привязки к личности самого сказавшего.

Вместе с тем понимаю, сколь соблазнительно обернуть против своих главных конкурентов на предстоящих думских выборах их же собственное оружие – административный ресурс. Но не возникает ли здесь пугающих аналогий с событиями столетней давности?

Хотя, может быть, я чересчур уж мнителен и напридумывал там себе всяких аналогий и совпадений? Так-то оно так, да только вот древние почему-то панически боялись имен, обладатели которых оставили по себе недобрую память. Наверное, в чем-то они все-таки были правы.