ЕСЛИ ВДРУГ ГААГСКИЙ ТРИБУНАЛ ПРИКРОЮТ
Оказывается, несколько дней назад Россия потребовала роспуска Международного трибунала по бывшей Югославии (Гаагского трибунала). Не знаю точную официальную мотивировку этого предложения, но в общем-то она очевидна – необъективность ведения следствия и суда, избирательный, причем сугубо политический подход к подбору как обвиняемых, так и особенно признаваемых виновными.
Можно только приветствовать такую инициативу отечественной дипломатии, но возникают несколько вопросов.
Первый, конечно, будет ли эта инициатива поддержана другими и вообще реализована – и как скоро?
Если суд в Гаагском трибунале был предвзятым, то это, как минимум, означает следующее. Все его решения должны быть отменены.
Если исходить из того, что этот трибунал кого-то все-таки осудил справедливо, но зато кого-то другого не справедливо оправдал (или вообще освободил от суда), то получится, что прекращение деятельности трибунала лишь закрепит эту несправедливость.
Каков будет практический вывод из фиксации этой коллизии?
Наконец, последнее – об ответственности организаторов необъективного и избирательного суда в целом, а также конкретно тех, кто проводил следствие и выносил приговоры. Она предусматривается?
Или трибунал будет просто закрыт, как сходит со сцены спектакль, переставший пользоваться популярностью у публики? А прокуроры и судьи переберутся в другие следственные и судебные органы, в том числе и международные? На те же или даже большие зарплаты?
Вопросов много, а реальный ответ, судя по всему, будет один. Не праведно ведшееся дело не праведно же и завершится.
Можно только приветствовать такую инициативу отечественной дипломатии, но возникают несколько вопросов.
Первый, конечно, будет ли эта инициатива поддержана другими и вообще реализована – и как скоро?
Если суд в Гаагском трибунале был предвзятым, то это, как минимум, означает следующее. Все его решения должны быть отменены.
Если исходить из того, что этот трибунал кого-то все-таки осудил справедливо, но зато кого-то другого не справедливо оправдал (или вообще освободил от суда), то получится, что прекращение деятельности трибунала лишь закрепит эту несправедливость.
Каков будет практический вывод из фиксации этой коллизии?
Наконец, последнее – об ответственности организаторов необъективного и избирательного суда в целом, а также конкретно тех, кто проводил следствие и выносил приговоры. Она предусматривается?
Или трибунал будет просто закрыт, как сходит со сцены спектакль, переставший пользоваться популярностью у публики? А прокуроры и судьи переберутся в другие следственные и судебные органы, в том числе и международные? На те же или даже большие зарплаты?
Вопросов много, а реальный ответ, судя по всему, будет один. Не праведно ведшееся дело не праведно же и завершится.